image

Кустурица добрался до Англии

l-affaire-farewell-fr.jpg"L'Affaire Farewell" ("Farewell" в англоязычном прокате) - это история о том, как маленький человек, оказавшийся в нужное время в нужном месте, вдруг становится одной из движущих сил истории. В 1981 году никому не известный подполковник КГБ, решивший отомстить своей службе за сломанную карьеру, начинает передавать французской контрразведке материалы о советской научно-технической разведке. Он открывает глаза Запада на то, что новейшие секретные разработки недолго остаются секретными, а размах технологического шпионажа таков, что капитализму никогда не удастся победить в мирном соревновании двух систем. Президент Рейган занимает активную и непримиримую позицию: никакой разрядки - "империя зла" должна исчезнуть. Чем это закончилось, знают все.

Фильм был поставлен французским режиссером Кристианом Карьоном (его картина "Счастливого Рождества" была номинирована на Оскар за лучший фильм на иностранном языке 2005 г.). В главных ролях снялись Эмир Кустурица (Григорьев), Гийом Кане (Пьер Фроман), Ингеборга Дапкунайте (жена Григорьева) и Уиллем Дафо (директор ЦРУ).

bonjour_farewell.jpgАвтор сценария - Эрик Рейно. Он вместе с Сергеем Костиным участвовал в написании новой, расширенной версии документального расследования этой шпионской истории, которая вышла во Франции одновременно с фильмом под названием "Adieu Farewell". Английский перевод этой книги, "Farewell", уже был представлен на Лондонской книжной ярмарке издательством AmazonCrossing. Книга появится в книжных магазинах в августе 2011 г.

Картина вышла в прокат во Франции и других европейских странах в сентябре 2009 г., в США - в июне 2010 г., а теперь добралась и до Великобритании.

Трейлер фильма с русским переводом можно посмотреть здесь:

http://www.youtube.com/watch?v=J2aNkP8yQG4.


Эмир Кустурица играет офицера КГБ - предателя родины

27 Апреля 2011 21:07 MCK

laffaire_farewell.jpg

В британский прокат только что вышел французский фильм с английским названием Farewell. В оригинале он называется L'Affaire Farewell, то есть "Дело Farewell".

И Farewell здесь – вовсе не привычное английское "Прощай!", а секретное имя двойного агента, подполковника КГБ, который передал в начале 80-х годов французской разведке в Москве огромное количество секретных данных, был выявлен, осужден и расстрелян.

Фильм основан на совершенно реальных событиях вокруг реального подполковника КГБ Владимира Ветрова.

Неизвестная громкая история

Выйдя после просмотра, я был совершенно потрясен. Причем не столько качеством фильма - он неплох, но не шедевр - сколько невероятно интересной историей.

Более того, в сопроводительных материалах к фильму, которые я получил от компании-дистрибьютора, было сказано, что переданные Ветровым на Запад документы для краха коммунистической системы сыграли роль не меньшую, чем избрание Папой Римским польского кардинала Кароля Войтылы или неудачи советских войск в Афганистане.

Я был поражен тем, что имя столь значимого - как утверждают авторы фильма - персонажа было для меня, как, впрочем, и для большинства людей, что в России, что на Западе, совершенно неизвестным.

Выяснилось, что фильм Farewell снят по книге Bonjour Farewell, написанной современным российским писателем Сергеем Костиным, автором популярной серии "Пако Аррайя".

Я разыскал Сергея Костина в Москве и первым делом спросил у него, как получилось, что Ветров, совершивший, согласно фильму, такие революционные дела, остается практически забытой фигурой.

Удар по КГБ

"Мне кажется, - сказал писатель, - главная причина состоит в том, что на самом деле в свое время он нанес очень большой удар по КГБ".

"Я разговаривал с очень многими высокими лицами в КГБ, в том числе и с Владимиром Александровичем Крючковым. Они стремятся, во-первых, отрицать, преуменьшить урон, который Ветров нанес КГБ, а во-вторых изобразить его типом совершенно безнравственным, падшим. Они все, например, упорно говорят, что он продался за деньги, что на самом деле неправда, - настоял Костин. - Для него деньги не играли большой роли, французы хоть и платили ему, но платили немного".

"Но есть еще одна причина, главная, которая объясняет, почему фильм, который мои французские друзья пытались поначалу делать со студией Никиты Михалкова "Три Т", в итоге делался не в России. Ведь история предателя – а для большинства русских все-таки он, в первую очередь, предатель – не очень красит страну. То, что нашелся в стране человек, который отрицал не только свою службу, не только режим коммунистический, но и нанес вред интересам, может быть, и вечной России – это тот факт, который неприятно признавать, и мне кажется, что дело еще и в этом", - полагает автор.

Фактор Ветрова

Карьера Владимира Ветрова была неровной. Выпускник престижного Бауманского училища, он в 1959 году получил предложение перейти работать в КГБ и предложение принял.

В 1965 году впервые оказался во Франции в качестве инженера советского торгового представительства, но на самом деле работая на разведку. Потом, благодаря своему хорошему французскому, работал примерно в такой же роли в канадском Монреале.

Там проштрафился и был отозван в Москву с выговором по партийной линии за пьянство и другие отступления от "облико морале". Работал в Первом главном управлении КГБ. В 1981 году вышел на французскую разведку и в течение нескольких лет передал ей почти 4000 секретных документов, в том числе имена около 500 сотрудников советской разведки на Западе. В результате 48 советских дипломатов были высланы из Франции.

Насколько действительно велик был тот ущерб Советскому Союзу, который нанес своей деятельностью Ветров? - спрашиваю я автора книги о нем Сергея Костина.

"Не будь Ветрова, Запад бы никогда не узнал, в каких масштабах ведется научно-техническая разведка со стороны Советского Союза. Та область, в которой Запад был уверен, что победит в соревновании двух систем – то есть новейшие технологии, над которыми лаборатории работали годами, в течение месяцев становились известными в Советском Союзе, и дальше советские ученые дорабатывали их, совершенствовали, или просто копировали", - говорит Костин.

"И осознание этого момента Западом, в первую очередь Рейганом, который узнал о деле Ветрова буквально через полгода после того, как он начал передавать материалы, привело к самым радикальным изменениям американской политики" - полагает писатель.

По его словам, "не будь всего этого, история могла бы пойти по-другому. Помните, как в той английской балладе: "не хватило гвоздя – и империя погибла". Человек в критический момент может совершить действия, которые далеко выходят не только за масштаб его личности, его значимости – исторической или политической, но даже и за его намерения. И вот никому не известный подполковник КГБ, который сидел в "отстойнике" а аналитическом отделе Первого главного управления, т.е. внешней разведки, силой обстоятельств оказался в той ситуации, когда оказался в состоянии нанести очень большой урон, что, кстати, в его намерения абсолютно не входило".

Предвестник перестройки?

Рональд Рейган, взбешенный размахом деятельности советской разведки, о которой ему рассказал президент Франции Миттеран, объявляет Советскому Союзу по сути дела войну - провозглашая программу так называемых "Звездных войн". Если поначалу мы видим Рейгана в Белом доме, то потом слушаем эту же речь уже в Кремле, где заседание Политбюро вместо заболевшего Андропова ведет Михаил Горбачев.

"Юрий Владимирович болен и попросил меня съездить в Женеву вместо него, встретиться с Рейганом, - говорит в фильме Горбачев. - Попробую его отговорить, но не думаю, что мне это удастся. Ведь у нас нет теперь никаких возможностей отслеживать их действия, и Рейган об этом прекрасно знает. Страна в жутком состоянии, она нуждается в перестройке, настоящей перестройке".

Вот так авторы фильма весьма недвусмысленно, если не сказать прямолинейно подводят нас к мысли, что и вся перестройка в России началась, по меньшей мере, не без прямого воздействия Владимира Ветрова.

Вновь слово Сергею Костину: "Я не хочу судить фильм в целом, но я все время говорил режиссеру: не делай из него героя. Ведь он на самом деле сложнее, чем эдакий предтеча перестройки, хотя мы оба были согласны в том, что то, что Ветров сделал, изменило историю".

Костин полагает, что "было бы интереснее покопаться в психологии не персонажа, а реального человека, попытаться разобраться в его мотивации, почему он это сделал. Это был его реванш. Он брал реванш за всю свою жизнь, которую, как он считал, КГБ погубил, оторвав, причем навсегда от столь любимой им Франции и французской культуры".

"Не знаю, можно ли это было сделать в фильме… я даже не знаю, получилось ли это в толстой документальной книге, - продолжает писатель, - но если бы я делал фильм, я, наверное, попытался бы все же найти, нащупать, дать понять реального человека, а не персонажа этого фильма. При этом та история, которая рассказана в фильме – а это художественный фильм, и имя героя изменено – тоже имеет полное право на существование. Это замечательная история, рассказанная талантливым человеком. Но я писал эту историю документально, и мне жаль, что какие-то вещи, значимые для понимания этого человека, из фильма выпали".

Откуда взялся Кустурица?

Главный герой фильма по-русски говорит с акцентом. Что и не удивительно: ведь играет его знаменитый сербский режиссер Эмир Кустурица. О том, как он оказался в этой роли, режиссер фильма Кристиан Карион рассказывает так:

"Я должен сказать, что Кустурица не был моим первым выбором. Это русская история, и я хотел сделать ее с русскими актерами. Я отправился в Москву, и нашел там прекрасного актера, очень известного в России, и он согласился с нами работать. Он приехал в Париж, мы начали подбирать костюмы и вести прочую подготовительную работу, как вдруг неожиданно возникла проблема. Российский посол позвонил актеру и сказал, ссылаясь на министерство культуры: "Вам не следует сниматься в этом фильме, вам не нужно играть предателя. Вас любят и знают в России и зрители не поймут, почему вы согласились на эту роль". Он вернулся в Москву и уже оттуда позвонил, извинился и сказал, что играть не будет – прости, говорит, но у меня семья, и я не могу рисковать ради французского фильма".

"Ничего себе! – восклицает режиссер. - У меня был российский сопродюсер - Никита Михалков, человек очень известный и очень влиятельный. Я звоню Михалкову: "Никита, что случилось? Посол звонит актеру? Это что, новая Россия?! Или Россия все та же?" - "Ничего не могу понять, - говорит Михалков. - Я знаю министра культуры, мы с ним встречались на дне рождения Путина, давай я с ним поговорю". Через полчаса звонит мне Никита и говорит: "Ты знаешь, проблема. Министр культуры в 1983 году был одним из тех 48 советских дипломатов, которые были высланы из Франции в связи с делом Farewell. Ни один российский актер не согласится играть эту роль". Мне ничего не оставалось, как искать кого-то еще, актера из Восточной Европы, умеющего говорить по-русски. Так и появился у нас Эмир Кустурица. Так что теперь я должен благодарить российского министра культуры - без него идея снять в этой роли Эмира Кустурицу у нас никогда и не появилась бы. А Эмир оказался в фильме просто великолепен".

Эмир Кустурица действительно хорош - своей фактурой, выразительным лицом. Надо сказать, что отказом российского актера - а актером этим был Сергей Маковецкий - дело не ограничилось. Провести съемки в России тоже не получилось, и роль Москвы в фильме играет Харьков. Книга Сергея Костина - ни первый, написанный еще в 1996 году и изданный во Франции вариант, ни второй, переработанный, в России изданы не были. Как объясняет Сергей Костин, он не хотел бы таким образом доставить неприятности живущим в Москве вдове и сыну Владимира Ветрова.

Совсем не герой

Тем более, что Костин прав - Ветров действительно не герой. К моменту выдворения советских дипломатов из Франции Ветров уже сидел в лагере под Иркутском, где отбывал срок 15 лет - за бытовое убийство, сведения об обстоятельствах которого довольно противоречивы.

Высылка дипломатов заставила КГБ провести тщательное расследование, в результате которого был выявлен источник информации. Ветров был вторично осужден - уже за государственную измену, приговорен к смертной казни и в феврале 1985 года расстрелян. Я спрашиваю у Сергея Костина, есть ли шансы у его книги и у фильма оказаться увиденными в России?

"Права на книгу - у меня, а теперь и у моего соавтора, и зависит это только от нашей доброй воли – хотим мы издать ее или нет. И если мы вдруг надумаем, скажем, поменяв какие-то вещи, в том числе, скажем, фамилию персонажа, я не думаю, что кто-то может нам с этим помешать", - говорит Костин.

"Что касается фильма – это другая история. Мне кажется, что прокатчики не захотят брать фильм, который в не лучшем свете рисует КГБ, учитывая, какое у нас руководство в стране, - полагает писатель. - И, может быть, учитывая то, что это история предателя - а для русских Ветров все-таки в первую очередь предатель, она вряд ли привлечет к нему большого зрителя. При всей огромной любви русских к Кустурице - и как к режиссеру, и как к музыканту, и как к актёру, я буду удивлен, если этот фильм вдруг когда-нибудь выйдет в российский прокат".


Это статья по поводу фильма, которая вышла 17 апреля 2011 г. в The Sunday Times

Reagan’s favourite spy

The subject of a new film is a disaffected KGB employee who played a key role in the fall of communism. Was he an ideologue or traitor?

Jeff Dawson

According to President Reagan, the actions of Vladimir Vetrov constituted “the greatest spy story of the 20th century”. Some claim Vetrov’s work as a KGB mole was as crucial to the implosion of the Soviet bloc as the Polish Solidarity movement or Russia’s “Vietnam” in Afghanistan.

From spring 1981 to early 1982, Vetrov — codenamed Farewell by his French security handlers — dispatched about 4,000 classified documents across the Iron Curtain. The information led to the decapitation of the Soviet Union’s rapacious industrial-espionage operation in the West, the Kremlin’s last gasp in the cold war.

Quite why Vetrov should have been denied a starring role in history is a complex business. That it is a Gallic tale rather than an Anglo-Saxon one? Certainly, there has been little appetite to dwell on the dark days of a divided Europe. “In 25 years, everything has changed so much,” offers the French director Christian Carion, whose film about Vetrov, Farewell, is released in Britain this month. “The USSR doesn’t exist; Moscow is much like Berlin or Vienna. To young people, the cold war doesn’t mean anything.”

I wanted to make a movie based on a true story, but, very quickly, I understood that I would never know the whole truth

But, in large part, Vetrov’s airbrushing is the result of his controversial standing: was he the Soviet von Stauffenberg, or just a downright traitor whose name is still mud in his homeland? “It’s not just my Russian point of view — I was very hostile to the communist regime,” says Sergei Kostin, whose 1997 book, Bonjour Farewell, forms the basis of Carion’s film, “but there’s hardly a difference between the interests of the communist regime and everlasting Russia. If I put myself in the place of Vetrov, I could never do the same things, because each time, I would think, this is against not only the Soviet Union’s defence, but Russia’s defence.” For the sake of Vetrov’s family, Kostin published his book abroad. Such is the taboo that in Carion’s French-produced picture, Vetrov cannot even be named; he is called Grigoriev instead.

“I did it to show that this is not a documentary — that’s impossible,” Carion says. “In the beginning, I wanted to make a movie based on a true story, like Merry Christmas [his Oscar-nominated film about the unofficial truce in the trenches during the first world war], but, very quickly, I understood that I would never know the whole truth. There are many different truths — the Russian truth, the French truth and the American truth.”

Vetrov’s was a maverick, solo, freelance mission. He declared no intention to defect and refused payment. There exist no recordings of him, few photographs. That the end of the old world order could have been authored by a virtually faceless, middle-aged technocrat toiling in the Orwellian bureaucracy of Directorate T, the technological intelligence wing of the KGB, is an intriguing proposition.

“It’s not a James Bond movie — there is no girl, there is no gun,” Carion cautions. On screen, played by Emir Kusturica, the radical Bosnian director-turned-actor, Vetrov is 007’s opposite: a shambolic bear of a man, albeit with the requisite indestructible liver (and penchant for a basement quickie with the secretary). In fact, as secret agents go, he seems a lousy one, flouting every rule in the handbook, brazenly filching papers from his boss’s desk; bumbling around Moscow with a cardboard folder, spewing as many state secrets onto the pavement as he does upon his bewildered, untrained French liaison: Pierre, in the film (played by Guillaume Canet), is an amalgam of at least two actual contacts.

It was Vetrov’s brass neck that kept him off the radar; that and his choice of the French Direction de la Surveillance du Territoire as his bureau (Vetrov spoke fluent French), an intelligence outfit of significantly lower surveillance status to the KGB than the CIA or MI6.

In exchange for his eventual confession, the KGB rewarded Vetrov with an executioner’s bullet, delivered in January 1985 and announced in a brief, terse letter to his wife and teenage son. Nobody saw the body. The whereabouts of his grave are unknown.

While arguments still rage about Vetrov’s motives — ideologue, adventurer or plain old loose cannon? — what is certain is that, 30 years ago, when the 48-year-old colonel began slipping a few documents under the counter to an engineer from the French company Thomson-CSF, neither could have foreseen where it might lead. But, within a few months (by which time Vetrov was warned to cool things off), the damage had been done. With the Reagan administration mistrustful of the incoming President Mitterrand and his appointment of communist ministers, France passed the Farewell dossier to the United States as a demonstration of loyalty. What Vetrov revealed made devastating reading. Such was the decrepitude of the USSR’s technology that a state that had gone from peasantry to space flight in only 40 years had been reduced to wholesale plunder of western know-how to maintain the illusion of being in the arms race. So thorough was its infiltration of the American military-industrial complex that every innovation was simply ripped off by a widespread network of insiders — 250 agents operating under diplomatic cover. As the film has it, the Soviets knew every detail of Nato defences, right down to missile launch codes.

Initial shock was tempered with the comprehension that the Soviet economy was near bankrupt in its bid to keep up. With a conveyor belt of dead premiers to boot, the politically spent USSR was a cow just waiting to be tipped. In the finessed American version of the final act, the “evil empire” is nobbled by Reagan’s “bluff of the century”, the Strategic Defense Initiative, aka star wars, a development so fantastical/expensive that the Soviet Union cannot possibly compete. After technological defeat comes ideological capitulation, Gorbachev and glasnost — and the fall of the Berlin Wall.

“I sincerely think Vetrov contributed very much to the plan to destroy the Soviet Union,” Kostin says, “but to think of him as the prophet of perestroika? No. He never thought about it.”

Farewell sits proudly with the new wave of true-life political thrillers, notably The Lives of Others

The wounds still fester. Carion was denied permission to shoot in Russia, faking Moscow with Kiev, Kharkov and Helsinki. Then, when his lead actor, Nikita Mikhalkov, pulled out, his replacement, another top-notch Russian thesp, who remains nameless, had the screws put on him while returning from pre-production in Paris. “He went to Charles de Gaulle airport and, in the taxi, had a cellphone call from the Russian ambassador,” says Carion, “who said to him, ‘You are a great actor, a star, but you can’t do this movie. You can’t defend a traitor. Russia will never understand why you decided to do it. Think about it.’ On arriving in Moscow, he called me and said, ‘Forget my name. Forget my number. Forget everything. I will not do your movie.’”

One significant liberty has been taken in the film. Whereas the screen Vetrov comes over as a lovable rogue, snaffling smuggled cognac or a Queen cassette for his teenage son, the real version was a convicted murderer. Job done, Vetrov had been cut adrift by the West.

It hastened a spell of paranoia and heavy drinking, during which he attempted to stab his increasingly troublesome mistress. Their night-time struggle in Vetrov’s parked car was spotted by a passer-by, who intervened but ended up being knifed himself. He turned out to be another KGB officer, quite possibly tailing Vetrov. Vetrov was sent down for 12 years. It was during a stint in the Siberian gulag that his loose tongue corroborated the double-dealing the Soviet authorities were now coming to suspect.

Naturally, Kostin does not approve of this omission from the film. “It makes a figure more idealistic, I would even say romantic. So for me, who investigated and got to know the real character, it is a disappointment.”

Carion shot the murder sequence, but left it out because it overcomplicated things, he insists. “It was difficult for the audience to understand,” he says. “That’s why, in the end, I decided only to keep the story of Farewell.”

Its absence does not diminish the film, which sits proudly with the new wave of true-life political thrillers, notably The Lives of Others. For Kostin, the research material unearthed by Eric Raynaud, the film’s writer/producer, has enabled publication of a fuller version of his book, “with new information”.

So why, exactly, did Vetrov do what he did? Where Carion toes the western line — that he was a martyr, motivated to destroy the Soviet Union after conversion to the capitalist way (he had tasted the good life in France and Canada in the 1960s) — Kostin finds a disgruntled soul who simply wanted to get one over on his employers, the KGB. “For me, the mystery was to understand why a guy in Soviet life who has everything — a good family, a car, a dacha, a very comfortable salary — decided on betrayal,” Kostin says. “You know, I never found a trace of his ideological adversity against the regime. Never. Never. I asked several witnesses. Everybody told me it was for revenge, and I think that’s what his motivation was. ‘You think I’m nothing. I’m close to retirement. I made nothing of my life. I’m a failure, a complete loser, I will show you who I am. I will destroy.’”

In making the film, Carion gained the trust of Jacques Attali, the former Mitterrand advisor. In 1996, it emerged that Mitterrand later had doubts about Vetrov’s authenticity, believing him to have been a CIA “plant”, there to test France’s trustworthiness — all part of the technological Great Game in which the CIA turned Directorate T into a weapon against itself. There is even a suggestion that the 1982 trans-Siberian pipeline explosion — thwarting a Soviet attempt to flog oil to Europe — was the result of US counterintelligence.

While making the film, Carion received a phone call from an anonymous source claiming to have inside knowledge of the Farewell case. They met for coffee. “He said, ‘Okay, so Farewell is dead?’ I said, ‘Yes, we have the paper from the KGB to the family.’ He said, ‘Okay, if the KGB told them he is dead, he must be dead.’ I said, ‘Are you are telling me he is not dead? He is living in South America making pizzas somewhere?’ And he said, ‘That’s the problem with spy stories. Everything is possible.’ And then he left me alone.”

Farewell is released on April 29. Farewell, by Sergei Kostin and Eric Raynaud, is published by Amazon Crossing on August 2

Вернуться »

Комментарии:

Оставить комментарий

(Ваша электронная почта не будет показана публично.)
Введите символы с изображения (в любом регистре):Captcha Code


Обратная связь


Ваше имя:
Ваш телефон:
Ваша эл. почта:
Текст сообщения: *
Присоединить файл
Введите символы с изображения (в любом регистре):
 Captcha Code
 

События

The Americans - премьера 4-го сезона Книги Сергея Костина на Amazon.com Эксперт вместо наемника Об особенностях национального управления Капитализм под копирку Коллеги Пако Аррайи Любите ли вы шпионские романы? Инспектор Аррайя
 

О нас

Издательство «Свободный полет» возникло как новое направление деятельности продюсерского центра с тем же названием. Документальные фильмы и программы для телевидения мы делаем уже шесть лет. А книгами занялись недавно. И теперь, когда мы решили издавать хорошие, только хорошие книги, нам захотелось иметь обратную связь. Здесь на каждой странице можно оставить свой комментарий. Или написать нам на почту. Ваше мнение нам важно - пожелания мы учтем, а на вопросы ответим.

info@freeflight-books.ru